Церковное усыновление

Автор: | 27.02.2018

Оглавление:

УСЫНОВЛЕНИЕ В РОССИИ

РПЦ разработает программу передачи сирот из церковных приютов в семьи

МОСКВА, 23 июн — РИА Новости, Ольга Большакова. Патриарх Московский и всея Руси Кирилл на заседании нового органа исполнительной власти РПЦ — Высшего церковного совета — в храме Христа Спасителя в четверг отметил необходимость разработки программы по передаче сирот из церковных приютов в семьи.

«У Церкви должна быть своя собственная программа, направленная на передачу сирот в семьи. У Церкви должно быть ясное понимание того, что церковные сиротские приюты — временная мера. И если есть возможность содействовать усыновлению детей, конечно, предваряя усыновление тщательным изучением того, в чьи руки эти дети будут передаваться, это следует признать как правильное направление в нашей работе», — заявил патриарх.

Он отметил, что важную роль в улучшении ситуации с сиротами должны сыграть именно церковные программы, и высказался о необходимости пропаганды усыновления сирот среди прихожан РПЦ.

В качестве примера поддержки семей, думающих об усыновлении ребенка, предстоятель РПЦ привел Смоленскую епархию, которую возглавлял, будучи митрополитом. Епархия оказывала финансовую поддержку семьям, взявшим сирот на каникулы из детских домов, после чего, по словам патриарха, значительно возросло количество усыновлений.

Патриарх в феврале на совещании глав синодальных учреждений заявил, что создание ВЦС является «реорганизацией высшего церковного управления», которая необходима, чтобы скоординировать работу глав синодальных учреждений и наладить механизм реализации решений. Положение о новой церковной структуре было утверждено на заседании синода в марте.

Новости Минобрнауки

14.03.2018 г. Число детей-сирот в России сократилось на 15% в 2017 г. — до 50,2 тыс.

Число детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, сократилось за 2017 г. до 50,2 тыс. человек. Об этом сообщается в материалах к заседанию коллегии Минобрнауки.

«По состоянию на 30 декабря 2017 г., в государственном банке данных находились сведения о 50,2 тыс. человек. В 2017 г. численность детей, состоящих на учете в государственном банке данных, сократилась на 15,1%», — говорится в документе.

Отмечается также, что всего в 2017 г. были устроены в семьи более 64 тыс. детей.

Кроме того, в документе говорится, что число записей в банке данных детей-сирот сократилось с 2005 г. в 3,7 раза за счет усыновления и различных форм семейного устройства детей.

Проблема семейного устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, является одним из приоритетов государственной семейной политики.

22 Октября 2018

Департамент труда и социальной защиты населения города Москвы сообщает, что 27 октября 2018 года с 11до 14 часов пройдет общегородское мероприятие «День Аиста».

21 Сентября 2018

В Москве прошел финал всероссийского конкурса «Созвездие»

Информационно-консультационный портал Министерства образования и науки РФ.

2016 Департамент государственной политики в сфере защиты прав детей

Церковное усыновление

Статья дана в сокращённом варианте, подготовленном для Школы приёмных родителей

Обращаясь к опыту наших далеких предков мы можем по иному взглянуть на реалии сегодняшнего дня, понять истоки и тенденции усыновления как социального явления, а возможно, найти неожиданный выход из сложной юридической ситуации.

Институт усыновления был известен разным народам с давних времен. Его возникновение связано с потребностями людей: заменить семью тем, кто ее не имеет, и возместить отсутствие собственных детей.

Вслед за возникновением отношений, копирующих естественные семейные узы, возникло правовое регулирование этих отношений с целью упорядочения и обеспечения гарантий интересов как усыновляемых, так и членов семьи усыновителя.

На протяжении веков в разных странах менялись цели, условия, порядок, имущественные и неимущественные последствия принятия чужого ребенка, а часто и взрослого уже человека, в семью, но, полагаю, мы не ошибемся, если будем утверждать, что у всех народов, в той или иной форме, существовала практика приема чужого ребенка в семью как родного. Это было обусловлено различными целями, определявшимися историческими, религиозными, социальными, политическими условиями жизни общества на том или ином этапе его развития. Известно было как коллективное, так и индивидуальное усыновление. В первом случае имел место массовый прием в общину, например военнопленных побежденного рода, в том числе женщин и детей. Во втором случае – акт индивидуальный, который служил гарантией обеспечения воли человека на продолжение рода после его смерти.

Во времена существования древней патриархальной семьи усыновление было необходимо для цели сохранения численности общины, обеспечения сохранности имущества рода, продолжения фамилии, сохранения памяти о предках. Особая необходимость для каждого дееспособного члена общества иметь наследника объяснялась тем, что принесение жертв и забота о душе усопшего составляла исключительную обязанность его детей. В Венгерском королевстве усыновление использовалось, в том числе, для причисления ребенка, родившегося от дворянки и не дворянина к дворянскому сословию. Такой ребенок причислялся к сословию матери, если король делал женщину действительной наследницей отцовских прав и удочерял ее.

Усыновление использовалось у христианских славян восточной Европы как вид искусственного родства, одним из следствий, установления которого был строгий запрет на связь между членами семьи противоположного пола. Человек, усыновленный семьей, без ограничения равнялся кровным родственникам. Учитывались при усыновлении и интересы усыновляемых, особенно утративших собственную семью. До нас дошли некоторые нормы обычного права, регламентирующие порядок принятия в семью чужого человека. Уже у древних народов существовали определенные условия, соблюдение которых было необходимо для установления усыновления. Так, древние славяне ввиду многочисленности и автономности семей одним из условий ставили свободу усыновляемого от кровных уз, дабы слишком опрометчивым усыновлением не нарушить соблюдение различных обрядов (весьма многочисленных и значимых в то время) в двух разных семьях. В Сванетии существовал запрет на усыновление чужеродцев, усыновление допускалось только при условии неполучения усыновляемым наследства от усыновившей семьи. Усыновление было слабо развито и не имело широкого применения у татар, осетин и других народов, живущих родовым бытом.

У древних народов установление родственных связей допускалось преимущественно посредством исполнения одного из тех элементов, которые входят в состав отношений между матерью и ребенком. Одна из наиболее распространенных процедур усыновления — сосание молока из груди матери. Она применялась как при усыновлении малолетних, так и взрослых. Гуриец для того, чтобы быть усыновленным, прикасался губами в присутствии родственников к груди усыновляющей его женщины. Подобный обряд существовал и у черкесов. Глава семейства призывал к себе усыновляемого, в присутствии всех обнажал грудь своей жены и усыновляемый три раза дотрагивался до ее груди. Этим символом глава семейства давал знать присутствующим, что усыновляемый был как бы вскормлен грудью его жены и становится отныне сыном в семействе. Такое усыновление устанавливало священную связь и накладывало на усыновляемого те же обязанности, которые имел сын по отношению к отцу. Вообще этот обряд имел широкое распространение. Он был известен киргизам, осетинам, кабардинцам, абхазам. Интересно, что у мингрелов в этом обряде участвовал мужчина-усыновитель. После особой молитвы он давал усыновляемому целовать себя в обнаженную грудь, и это служило символом установления родительских и сыновних отношений. В результате образовывалось родство равносильное кровному. Усыновленный считался за родного сына. Подобный обряд, но несколько более сложный, существовал в Сванетии, где к усыновлению обращались лишь в крайнем случае, только при невозможности иным путем продолжить свой род. При этом родственникам, даже самым отдаленным, делалось предпочтение перед посторонними лицами. Если их не оказывалось, то все средства считались дозволенными для того, чтобы избежать величайшего бедствия, которое только может грозить человеку – отсутствие потомков, а следовательно – и продолжение рода. И тогда прибегали к усыновлению постороннего лица. Аналогичное отношение к усыновлению существовало и в Осетии. Пока у осетина имелись родственники по мужской линии, он не вправе был усыновить кого-либо. Усыновление чаще всего имело место как последствие примирения с родом убийцы. Порядок такого усыновления был следующий. В счет платы за убитого наряду с определенным количеством голов скота и других ценностей, сам убийца или кто-либо из его малолетних родственников отдавался роду убитого. В первом случае убийца шел на могилу убитого и посвящал себя покойнику. В случае усыновления кого-либо из рода убийцы мать убитого являлась усыновительницей. Усыновляемый припадал к обнаженной груди усыновительницы со словами: «С сегодняшнего дня я твой сын, а ты мне мать». На что получал ответ «Я твоя мать, а ты мне сын». После совершения обряда усыновленный занимал то же положение, которое занимал убитый, но не имел права наследования и тем самым не препятствовал кровным родственникам в получении наследственного имущества.

Другой способ усыновления, существовавший в обычном праве многих народов, — фиктивное воспроизведение процесса рождения. Обряд заключался в том, что усыновляемого клали под рубашку матери или обоим родителям. Этот обычай существовал в древнем мире, в средние века — в западной Европе, у турок он сохранялся вплоть до конца восемнадцатого века. На Руси также довольно долго существовал подобный обряд. Причем, в некоторых местностях на мнимую роженицу надевали рубашку, испачканную кровью. Впоследствии усыновляемый только подводился под плащ усыновителя. На широкое распространение этого обычая указывает то, что в языках некоторых народов после исчезновения самого обряда сохранились слова, которые имеют тот же корень, что и слово «плащ», «покрывать» и обозначают «усыновление». Например, mantello в итальянском, mantelkinder в немецком.

В древнем германском праве усыновление устанавливалось в судебном порядке. Усыновитель вручал усыновляемому щит и копье в присутствии суда. После этого устраивали трехдневный пир для придания усыновлению публичности.

Из приведенных примеров видно, какое огромное значение при усыновлении придавалось имитации естественных процессов деторождения и отношений между родителями и детьми, с одной стороны, и публичности процедуры, с другой. Так же нельзя не отметить, что усыновление рассматривалось преимущественно как способ восполнить недостаток рабочих рук, то есть, наделялось экономическим содержанием. Чаще для усыновления использовались специальные процедуры, имитирующие процесс рождения. Но они не были единственно возможными. Кроме них известны следующие: женитьба на вдове брата, фактический прием усыновляемого в дом, договорный акт между усыновителем и усыновляемым. Частым случаем усыновления являлся прием зятя в семью как сына за неимением родных сыновей (примачество).

Высоко оценивая значение усыновления для общественной, и, особенно, политической жизни в архаичные времена, М.И. Кулишер пишет: «Самая ранняя и наиболее широко применяемая из всех юридических фикций была та, которая дозволяла семейным отношениям слагаться искусственно, и, никакая другая юридическая фикция не оказала таких важных услуг человечеству… Принцип территориальности, или идея о том, что известное число лиц должно пользоваться сообща политическими правами на том лишь основании, что им приходилось жить в одних и тех же топографических пределах, показалась бы по крайней мере странной и даже чудовищной людям первобытной древности; для того же, чтобы связь произошла, наилучшим в те времена способом, был тот что пришлое население производилось от одного корня с тем народом, к которому оно присоединялось… История политических идей начинается фактически с предположения, что родство есть единственное возможное основание для совместного отправления политических функций… Говоря о ранних государствах мы можем утверждать, что и граждане считали все группы членами которых они были, основанными на общем происхождении [1] ».

В Древнем Риме семейные отношения приобрели наиболее ярко выраженный юридический характер и подчас юридические отношения не соответствовали естественным, кровным отношениям. Основным признавался не кровный союз, а отношения с домовладыкой. Каждый член семьи, выходивший из-под власти одного домовладыки и попадавший под власть другого, утрачивал всякую связь с первым и его семьей и становился под власть второго. Каждый член семьи мог встать под власть другого, даже отец под власть сына, вступив, таким образом, в гражданское родство, не имеющее ничего общего с родством кровным.

В императорском Риме институт усыновления «имел весьма частое употребление». Целью усыновления было в первую очередь приобретение преемника имущества и культа, а не соблюдение интересов усыновляемого. Различались два вида усыновления: arrogatio и adoptio. В первой поступавший под отеческую власть был самостоятелен, а во второй усыновляемый из-под отеческой власти одного домовладыки переходил под отеческую власть другого. Усыновление допускалось лишь при соблюдении определенных условий. Усыновителем мог быть только человек, обладавший отцовской властью и, следовательно, правоспособностью в сфере частного права. По этой причине не могли усыновлять женщины. Исключение составляли женщины, которые имели детей, но они умерли. Усыновитель должен был быть старше усыновляемого минимум на 18 лет. Не могли усыновлять кастраты. Последние два условия свидетельствуют о стремлении к подражанию отношениям между естественными отцом и ребенком.

Ряд требований предъявлялся к усыновляемому. Существовал запрет на усыновление детей, не достигших совершеннолетия, который был отменен в императорский период. Усыновляемым в форме arrogatio могло быть только лицо, обладающее правом участвовать в народных собраниях. По этой причине не допускалось усыновление женщин. Позднее, когда право решать вопрос об усыновлении перешло к императору, стало возможным и усыновление женщин. Усыновляемым в форме adoptio мог быть как правоспособный, так и не обладающий правоспособностью человек, как римлянин, так и чужеземец, как мужчина, так и женщина. Причем, для усыновления женщины было достаточно одной манципации, а не трех.

Усыновленный становился членом семьи усыновляемого и утрачивал правовую связь с кровным отцом. От так же мог наследовать после усыновителя. Это право было взаимным до императорского периода, когда вместе с разрешением усыновлять несовершеннолетних, были введены ограничения на право наследования усыновителей, с целью защитить права усыновленных, гарантировать их интересы, исключить случаи усыновления с корыстной целью. Тогда же была установлена обязанность усыновителя оставлять несовершеннолетнему усыновленному в наследство четвертую часть своего имущества.

Одним из неимущественных последствий усыновления было препятствие к браку между усыновителем и усыновленной. Для сохранения приличия запрещался брак даже после прекращения усыновления. С того времени, когда усыновление происходило при посредстве Церкви и со священными обрядами, было постановлено, что ни в коем случае нельзя вступать в брак усыновленным и родным детям усыновителя. При этом запрещение брака на основе прежнего родства не считалось уничтоженным. Другим неимущественным последствием было то, что в случае усыновления плебея патрицием усыновляемый приобретал новый социальный статус.

Усыновление устанавливалось только над чужими детьми. Для узаконения собственных детей, рожденных вне брака, существовала особая процедура (так называемая легитимация), причем различались несколько ее форм. Противоположного мнения придерживался известный исследователь Римского права А.И. Загоровский, полагая, что можно было усыновлять собственных детей, рожденных вне брака [2] .

Впоследствии, как и многие другие разработки и нормы Римского права, положения об усыновлении частично были заимствованы правовыми системами других государств. В частности, германской и французской.

На Руси усыновление было известно издревле. В качестве первого примера усыновления на Руси одни исследователи называют передачу на смертном одре Рюриком своего сына Игоря Олегу, другие считают Святополка усыновленным сыном Владимира. Ипатьевская летопись указывает, что Изяслав и Ростислав Мстиславичи были усыновлены Вячеславом [3] .

Порядок усыновления был неодинаков в разных губерниях. Во многих губерниях для усыновления не требовалось особого акта или обряда, достаточно было простой передачи усыновляемого в семью усыновителя. Усыновленных на Руси часто называли приемышами. Усыновленный пользовался правами и обязанностями родных детей. Он должен был содержать усыновителей и платить за них подати. Если усыновленный уходил от усыновителя, то последний должен был выделить ему часть своего имущества. Размер такой части зависел от времени, которое усыновленный проработал в семье усыновителя, а также от того уходит усыновленный добровольно или усыновитель прогонял его. В последнем случае, если не было особой договоренности, с усыновленным рассчитывались как с рабочим. В случае спора раздел происходил в суде. В некоторых губерниях, например, в Полтавской, усыновление оформлялось соглашением в письменном виде, при этом усыновитель давал обязательство выделить усыновляемому имущество, а усыновляемый – быть почтительным, радеть о хозяйстве, заботиться об усыновителе до смерти.

Условием усыновления в ряде российских губерний было отсутствие своих детей или отделение их от отца и ведение ими своего хозяйства. Это правило соблюдалось не повсеместно, о чем, в частности, свидетельствует расписка усыновителя данная усыновленному о выделении последнему части имущества наравне со своими родными детьми [4] .

С принятием христианства на Руси стали применять Византийское право и дела об усыновлении, как и многие другие вопросы семейного права, стали подведомственны Церкви. Усыновление должно было быть утверждено епархиальным архиереем и соблюдался определенный церковный обряд — сынотворение. Он вышел из употребления в 18 веке. Христианский закон, заимствованный из Византии, признал противным христианству прежний языческий порядок установления семейных отношений. Но, ни в какой другой сфере обычай не оказался столь живучим, как в сфере семейного права. Обычаи не поддавались истреблению вплоть до конца девятнадцатого века, хотя соблюдались уже как обряды и не имели правового значения. При этом в разных местностях действовали противоположные обычаи; разные классы общества в одном и том же месте придерживались разных обычаев; в культурных центрах и в высших классах общества обычаи быстрее уступали требованиям закона.

[1] Кулишер М.И. «Очерки сравнительной этнографии и культуры», Спб., 1887г. С.111-112 [вернуться к тексту]

[2] Загоровский А.И. Указ. Соч. С. 485 [вернуться к тексту]

Усыновление в России: статистика и перспективы

В прошлом году в России усыновили более 11 тысяч детей. Доля иностранцев-усыновителей превышала 30%. Наши граждане взяли к себе около семи с половиной тысяч детей, иностранцы — почти три с половиной тысячи. Среди зарубежных граждан первое место у американцев — почти тысяча детей. Далее идут итальянцы и испанцы. На что обращают внимание потенциальные усыновители — наши и зарубежные? Какие дети имеют больше шансов на усыновление, а какие меньше? Об этом корреспондент «Вестей ФМ» Борис Бейлин.

В России практически нет очередей на усыновление. Сирот на порядок больше, чем тех, кто готов взять их в свою семью. На Западе ситуация иная, говорит уполномоченный при президенте по правам ребенка Павел Астахов.

«Сегодня во всех европейских странах и в Америке очередь за ребенком-сиротой, чтобы его усыновить, от 5 до 7 лет. В России пока очередь очень маленькая. Нам еще предстоит пройти по этому пути. Но потенциал огромный, потому что на одного ребенка-сироту в детском доме приходится более тысячи взрослых дееспособных людей, которые потенциально могут взять его и воспитывать», — уверяет Астахов.

Первое, на что обращают внимание люди, желающие усыновить ребенка, — это его здоровье и возраст. Пол и этническая принадлежность также имеют значение, отмечает замдиректора департамента госполитики в сфере защиты прав детей Минобразования Владимир Кабанов.

«Больше всего обращают внимание на возраст и здоровье. Хотя для многих важен и пол. Стараются в большей степени усыновлять детей в возрасте до трех лет. И детей здоровых, а не с патологией или с инвалидностью. Кандидаты в усыновители в большинстве случаев хотят, чтобы это был ребенок славянского типа. И российские родители, и американские. Хотя и американские, и российские родители могут взять ребенка и совершенно другого типа. Потому что в Москве сейчас очень много детей тех рабочих, которые приехали из южных республик», — поясняет Кабанов.

Из 11 тысяч усыновленных в прошлом году 5 тысяч — это дети в возрасте до года, еще три с половиной тысячи — от года до трех. Люди неохотно усыновляют инвалидов, продолжает Владимир Кабанов. Хотя число больных сирот велико.

«У нас сегодня числится 120 тысяч анкет детей-сирот, которые находятся в интернатных учреждениях. Вот из этих 120 тысячам 11% детей — инвалиды. Имеем в виду, когда оформлена инвалидность. К сожалению, она не всегда оформляется», — сетует Кабанов.

Среди иностранцев больше всего российских детей в 2011 году усыновили американцы — 956 человек. Причем 89 сирот (то есть чуть менее 10%) — это инвалиды. Второе место у итальянцев — почти 800 усыновлений, но инвалидов среди них только 30. На третьей строчке испанцы, они усыновили почти 700 детей, в том числе 28 инвалидов.

Магнитский сказал: «Своим работодателям я нужен или в тюрьме, или мёртвым»

ОЛЕГ ЛУРЬЕ: «В «Бутырке» я встретился с Сергеем дважды. Второй раз он уже был более грустный. Говорит: «От меня требуют, чтобы я подписал бумаги, иначе у меня будут большие проблемы». Я говорю: «Какие?» – «Я слишком много знаю. Если я сейчас подпишу, то у меня могут быть проблемы, и не подписать я не могу».

«Мы действуем в стиле «ТАСС уполномочен заявить»

СЕРГЕЙ МИХЕЕВ: «Все люди, которые работали с ним, скорее всего, в той или иной степени в это вовлечены и, наверное, знали достаточно много. Браудер был заинтересован в том, чтобы они замолчали, чтобы они могли сказать как можно меньше. Магнитский умер в тюрьме, в СИЗО. Если он был отравлен, значит, был отравлен с помощью сотрудников СИЗО».

«Магнитский опасался своих британских покровителей»

Почему Уильяму Браудеру могла быть выгодна смерть Магнитского? Об этом “Вестям FM” рассказал журналист Олег Лурье, встречавшийся с аудитором.

Магнитский сказал: «Своим работодателям я нужен или в тюрьме, или мёртвым»

ОЛЕГ ЛУРЬЕ: «В «Бутырке» я встретился с Сергеем дважды. Второй раз он уже был более грустный. Говорит: «От меня требуют, чтобы я подписал бумаги, иначе у меня будут большие проблемы». Я говорю: «Какие?» – «Я слишком много знаю. Если я сейчас подпишу, то у меня могут быть проблемы, и не подписать я не могу».

Токсичный бизнесмен. Повышенная смертность в окружении Браудера находит объяснение

Бизнесмен, с которым было опасно иметь дело. В окружении Уильяма Браудера всегда была повышенная смертность. Его партнеры, подчиненные и соратники умирали один за другим.

«Мы действуем в стиле «ТАСС уполномочен заявить»

СЕРГЕЙ МИХЕЕВ: «Все люди, которые работали с ним, скорее всего, в той или иной степени в это вовлечены и, наверное, знали достаточно много. Браудер был заинтересован в том, чтобы они замолчали, чтобы они могли сказать как можно меньше. Магнитский умер в тюрьме, в СИЗО. Если он был отравлен, значит, был отравлен с помощью сотрудников СИЗО».

«Магнитский опасался своих британских покровителей»

Почему Уильяму Браудеру могла быть выгодна смерть Магнитского? Об этом “Вестям FM” рассказал журналист Олег Лурье, встречавшийся с аудитором.

“Отравление всегда входило в арсенал действий британских спецслужб”

Приговор по делу о смерти Сергея Магнитского может быть отменён, а расследование дело возобновлено. В Генпрокуратуре считают, что юрист был отравлен «диверсионными химическими веществами с соединениями алюминия в интересах его бывшего начальника Уильяма Браудера». Что это могли быть за вещества? Об этом «Вести FM» поговорили с бывшим членом комиссии по биологическому и химическому оружию ООН, военным экспертом Игорем Никулиным.

Визовые санкции Британии вызовут негативную реакцию в Москве

Лондон запретил въезд 60 российским чиновникам из «списка Магнитского». Об этом сообщила сегодня газета The Telegraph. Ранее США опубликовали «список Магнитского», к фигурантам которого применяются визовые и экономические санкции как к нарушителям прав человека.

Несколько слов об усыновлении

1. Усыновление – это отражение Евангелия

Библия говорит нам, что человеческие семьи – это отражение вечного отцовства (Еф. 3:14-15). Мы знаем, как должно выглядеть земное отцовство, потому что у нас есть пример того, как наш Небесный Отец относится к нам. Но можно сделать и обратную аналогию. Мы лучше понимаем нашего Отца через наши отношения с отцами земными. Иисус говорит нам, что забота и строгость наших земных отцов – это отблеск Божьей любви к нам всем (Мф. 7:9-11, Евр. 12:5-17). Та же самая истина заложена и в усыновлении. Усыновление – это, по сути, Евангелие. Через усыновление мы лучше понимаем, кто мы для нашего Отца.

2. Усыновление – это духовная война

Усыновление встречает противление как в глобальном космическом, так и в миссионном аспектах. Писание сообщает о невидимых существах, которые не хотят позволить нам размышлять о нашем положении во Христе. «Правители сего века» предпочли бы, если бы мы игнорировали и вечность, и ее земной прообраз. Им гораздо приятнее, когда мы определяем свою идентичность, свое наследие и свою миссию согласно тому, что осязаемо и точно «наше» – согласно нашей плоти (Рим. 8), а не биению ритма Духа жизни. Поэтому усыновление – это не благотворительность, это война.

3. Усыновление под силу не всем, но любой может поучаствовать в усыновлении так или иначе

Не каждый призван усыновить ребенка. Никто не хочет, чтобы усыновители брали детей из того же чувства долга, которое побуждает их жертвовать деньги на церковное здание. Но каждый из нас может внести свой вклад в усыновление, потому что это дело Христа. Он говорит нам, что Его Отец – Отец сирот (Пс. 67:6). Он называет «меньших сих» своими «братьями» (Мф. 25:40) и предупреждает, что когда мы впервые услышим Его голос, Он спросит нас, поступали ли мы так же.

4. Усыновление похоже на служение глобальных миссий

Миссионеры часто говорят (и я должен признать, что они на этот счет правы): вопрос не в том, призваны ли вы на миссию, вопрос – «как вы призваны». Человек не должен спрашивать: «Призван ли я нести Евангелие народам?» Для него вопрос должен звучать следующим образом: «Должен ли я поддерживать исполнение Великого поручения из дома?» С усыновлением действует похожий принцип.

Некоторые люди «чувствуют призыв» к миссии, но совершенно очевидно, что им не стоит никуда ехать. Большому количеству людей нужно оставаться дома, молиться, финансово поддерживать тех, кто проповедует «за морями», но они даже не думали о своей роли в достижении поставленных Богом целей. Некоторые из читающих эту статью считают, что призваны усыновить ребенка, но им точно не стоит этого делать. Возможно, у вас проблемы с браком, вы не умеете контролировать свои финансы или гнев, ваша трудовая этика хромает. А кто-нибудь из читателей, наоборот, станут отличными родителями, если только ответят на призыв Бога, Который ждет ваших «вот я, пошли меня».

5. Для усыновления требуется единство церкви

Усыновление может стать приоритетом для наших церквей, если мы повнимательнее будем относиться к нашему братству и сестринству в самой церкви, а не по плоти. Некоторым христианам (может быть, вам) трудно представить, как афроамериканская пара может полюбить белого украинского ребенка, как гаитянский мальчик может называть своих шведских родителей мамой и папой. Да, это трудно представить, когда в некоторых церквях люди до сих пор не могут перешагнуть через споры о предпочтениях музыкального стиля в прославлении.

Нам всем еще только предстоит вполне понять, кто мы есть на самом деле – усыновлённые дети Божьи.

6. Усыновление – труд коллективный

Ваша община может помогать и готовить людей к усыновлению младенцев и детей. Ваша церковь может проповедовать Евангелие и заботиться о слабых. Вы можете жертвовать финансы, говорить слова ободрения и молиться о бесчисленных семьях Великого поручения. Для того, чтобы усыновление стало одним из главных приоритетов, требуются усилия общин. Для усыновления даже одного ребенка потребуется много людей, потребуется целая церковь.

7. Усыновление создает новую семью

Наше усыновление во Христе означает переход от старого отцовства к новому. Мы больше не дети сатаны, хотя тот все еще оспаривает лишение своих родительских прав. И время от времени мы чувствуем, как он тянет нас обратно. Все это закончится, когда настанет воскрешение мертвых. Конечно, это не значит, что нужно приравнивать земных родителей к сатане, это неправильно. Но это значит, что усыновление формирует и создает новую реальность, новую семью.

8. При усыновлении возникает множество вопросов

Если Бог призывает вас начать процесс усыновления, у вас может возникнуть много вопросов. Может возникнуть чувство, что вас просят не делить ребенка на две части, а объединить семьи, что у вас нет мудрости Соломона или Христа. И это нормально.

Также нормально, что Бог дает мудрость тем, кто Его просит (Иак. 1:5). Многие ответы на вопросы изменят вашу жизнь и жизнь вашей семьи. Во многих случаях ответ на один и тот же вопрос будет разниться от семьи к семье, от человека к человеку. Но ответы эти должны происходить из Евангелия Царства, которое сокрыто от мудрых и разумных, и открыто детям (Мф. 11:25).

9. Усыновление стоит дорого

Некоторые усыновления требуют больших финансовых затрат. Но давайте посмотрим на эту цену по другим углом. Вы были когда-нибудь на родительских семинарах, где лектор говорил бы о деньгах, где называлась сумма, требуемая для воспитания ребенка с рождения и до 18 лет? Многие, наверняка, удивились названой сумме, она пугающе высока. Вам и в голову не приходило, что вы можете потратить столько денег. Вам всегда казалось, что такие траты могу позволить себе лишь богачи.

Но посмотрите вокруг. Везде родители. И они не из семей Рокфеллеров или Хилтон. Они не олигархи и не наследники престолов. Сборщики мусора тоже рожают детей, и продавцы в магазинах, и официанты – люди самых разных профессий. Вырастить ребенка – это дорогое удовольствие. Но самые разные люди это делают, потому что это их приоритет, ради которого семьи подстраивают свои семейные экономики. С усыновлением все точно так же.

10. Усыновление: усилия оправданы

Забота о сиротах, если коротко ее сформулировать – это прийти на помощь ребенку в беде. Я не могу сказать, что не будет риска. Это может перевернуть все ваши планы и поставить вашу семью с ног на голову. Этим детям нужны воспитание, обучение, любовь, объятия и слушатели. От вас может потребоваться гораздо больше, чем вы ожидали. Такая любовь не дается легко. Но для тех, кто к этому призван, «игра точно стоит свеч».

Церковное право

Виды препятствий

Для заключения брака недостаточно одного только решения вступающих в него, поэтому оно находится под контролем общества. В брачном церковном праве, учитывающем, что брак для христиан – Таинство, сформулированы условия, соблюдение которых обязательно для заключения брачного союза. При отсутствии этих условий возникают обстоятельства, препятствующие браку.

Препятствия могут быть абсолютными, исключающими для определенного лица вступление в брак с кем бы то ни было, и условными, делающими невозможным брак между определенными лицами из-за их родственных отношений. Кроме того, различаются препятствия, в силу которых брак считается недействительным с момента его заключения и потому подлежащим расторжению. Могут быть также некоторые препятствия, обнаружение которых не влечет за собой расторжения брака, однако подвергает и вступивших в брак, и венчавшего их священника каноническим прещениям.

Абсолютные препятствия к браку

Абсолютными препятствиями к браку, одновременно расторгающими его, считаются следующие.

Лицо, состоящее в браке, не может вступить в новый, ибо христианский брак – безусловно моногамный, т.е. единобрачный.

Что касается священного сана, то 26 Апостольское правило дозволяет вступать в брак после поставления на церковное служение лишь чтецам и певцам. Согласно 6 правилу Трулльского Собора, вступление в брак запрещается не только священнослужителям, но и иподиаконам.

Эти церковные правила во времена императора Юстиниана были подтверждены и гражданскими законами. Брак священных лиц, заключенный после посвящения в сан, признавался незаконным. Это видно из 6 правила Святого Василия Великого и 3 правила Трулльского Собора. Император Юстиниан в своем постановлении от 18 октября 530 г. говорит так: «Повелеваем браки, которые не позволяются по церковным правилам, чтобы они были запрещены и нашими законами – чтобы дети, рожденные в таком противозаконном браке, не считались рожденными в браке». (Код. 1, 3, 45). Юстинианов закон должен был утратить свою силу с введением 79 новеллы императора Льва Философа, определившего, чтобы клирик, сочетавшийся браком после рукоположения, лишался священного сана, но не исключался из клира и вообще не был удаляем от церковных служений, отправлению которых не препятствует второбрачие. По свидетельству церковных канонистов XII века, в их время применялся закон Льва Философа, а не императора Юстиниана (Вальсамон, Толкование на «Номоканон» IX, гл. 29), хотя сами они придерживаются мнения о том, что всякий незаконный брак клирика, по удалении его от священнослужения, не может сделаться действительным на основании положения греко-римского права, в соответствии с которым то, что не имело законной силы в своем начале, не может приобрести ее впоследствии, после устранения препятствий, отнимающих эту силу. По утверждению Вальсамона, брак священных лиц не является законным и в том случае, если они вступили в него уже после снятия с себя духовной одежды (толкование на 44 правило святого Василия Великого). Но в практике Греческой Церкви и в позднейшее время не требовалось прекращение брака, заключенного священным лицом во время пребывания в сане.

О том, какова была практика Русской Церкви в первое время, сказать трудно из-за недостатка свидетельств. Начиная с XVI века, в церковной практике делали различия между браком священных лиц до снятия сана и браком после снятия сана. В последнем случае брак разрешался. Но поскольку на этот счет не существовало прямого и четкого правила, практика была нетвердой. Московский Собор 1667 г. признал возможным придерживаться порядка, установленного законом Льва Философа, а также не препятствовать священникам и диаконам, женившимся во второй раз, после лишения их священного сана выполнять обязанности низших клириков. При этом брак их оставался в силе (Соборные деяния, гл. 7, вопрос 3). Подобное отношение к браку священных лиц существовало и в последующие столетия 388 .

Церковнослужители, вступающие в первый брак после посвящения в стихарь, в случае второбрачия, согласно установившемуся обычаю, лишаются права ношения стихаря. Но подобное запрещение зависело от усмотрения правящего архиерея.

Согласно 16 правилу Халкидонского Собора, 44 правилу Трулльского Собора, 5 правилу Константинопольского Двукратного Собора, 18 и 19 правилам святого Василия Великого, монахам и монахиням запрещается вступать в брак после принесения ими обетов.

Член Церкви, давший обет безбрачия, по церковным правилам не может вступить в брак, ибо обет девства и безбрачия Церковь сравнивает с обручением Небесному Жениху Христу. Это образное представление духовного единения верующей души, посвятившей себя особому служению Христу, явилось основанием для канонических определений относительно измены данному обету. Поэтому в 19 правиле Анкирского Собора нарушившие обет безбрачия приравниваются к второбрачным и на них налагается епитимия второбрачных. Строже смотрит на измену обету девства святой Василий Великий. Он считает ее прелюбодеянием и назначает такую же епитимию, какая следовала за прелюбодеяние (правила 18, 19, 50).

Гражданские византийские законы также запрещали браки монашествующим под угрозой наказаний. Впрочем, брак с монахом или монахиней до IV века не подлежал расторжению. Епископ Киприан Карфагенский (III в.) писал: «Если (некоторые) посвятили себя Христу, то должны пребывать целомудренными и чистыми, без всякой фальши и с твердостью и постоянством ждать награды девства. Если же не хотят более оставаться в этом состоянии или не могут, то лучше пусть вступают в брак, чем впадать им в огонь от своих согрешений» 389 .

Святой Василий Великий в 18 правиле свидетельствует, что Отцы Церкви относились к таким бракам кротко, снисходя к немощи поползнувшихся. Но сам он, рассматривая такой брак как прелюбодеяние, прямо говорит: «Должно принимать в церковное общение поемшего деву, посвященную Богу, не прежде, чем он престанет от греха». О том же говорится и в 16 правиле Халкидонского Собора: монах, вступивший в брак, подвергается лишению церковного общения. После того, как эта практика вошла в силу, монашествующий по разлучении от брачного сожительства возвращался, иногда принудительно, в монастырь, где и пребывал. Лицо, вступившее в незаконный брак с монахом или монахиней, по разлучении от сожития подвергалось церковной епитимии наравне с монашествующим, а по исполнении ее не лишалось права вступать в законный брак 390 .

В соответствии с церковным законом, вдовство после третьего брака считается абсолютным препятствием к новому браку. Согласно «Томосу единения» (920 г.), изданному Патриаршим Синодом при Патриархе Константинопольском Николае (901–907; 912–925), «никто не должен дерзать вступлением в 4 брак». А если таковой брак будет заключен, то он должен считаться несуществующим.

Что же касается вступления в третий брак, то, согласно 50 правилу святого Василия Великого, «на троебрачие нет закона; посему третий брак не составляется по закону. На таковые дела взираем как на нечистоты в Церкви, но всенародному осуждению оных не подвергаем, как лучшие нежели распутное любодеяние». Таким образом, на третий брак Церковь смотрит лишь как на принимаемое послабление, на лучшее, чем открытый блуд, и подвергает вступивших в него каноническим прещениям, однако не добивается его расторжения.

Церковь не одобряет и второй брак, видя в нем предосудительную уступку чувственности, однако, допускает его, ибо, по слову апостола Павла, «Жена связана законом, доколе жив муж ее; если же муж ее умрет, свободна выйти, за кого хочет, только в Господе. Но она блаженнее, если останется так, по моему совету; а думаю, и я имею Духа Божия» ( 1Кор. 7:39–40 ). И все-таки всякий вступающий во второй брак подвергается епитимии. Согласно 4-му правилу святого Василия Великого, «второбрачных отлучают на год, другие на два».

Препятствием к вступлению в брак является виновность в расторжении предыдущего брака. Виновный в прелюбодеянии из-за которого расторгнут первый брак, не может вступать в новый брак. Это положение вытекает из евангельского нравственного учения и практики Древней Церкви. Данная норма отражена и в церковном законодательстве («Номоканон» 11, 1, 13, 5; Кормчая», гл. 48; «Прохирон», гл. 49. Эта же норма повторена в 253-й статье устава Духовных Консисторий).

Препятствием к браку является также физическая и духовная неспособность к нему (идиотизм, душевная болезнь, лишающая человека, возможности свободно проявлять свою волю). Гражданские законы большинства государств, христианских и нехристианских, объявляют браки с душевнобольными и безумными недействительными. Безумными в этом случае признаются люди, не имеющие здравого рассудка с младенчества 391 .

На Руси еще при Петре Великом на основании Указа от 6 апреля 1722 г. было запрещено допускать к супружеству лиц, не имеющих здравого рассудка с рождения, неспособных ни к научению, ни к службе. И по уставу Духовных Консисторий (ст. 205, 208), браки, заключенные с безумными и душевнобольными, не признаются действительными и подлежат расторжению.

Что же касается физической неспособности к браку, то в Синтагму Властаря внесена 98 новелла императора Льва Мудрого, воспрещающая евнухам вступление в брак. Кроме того, церковные каноны, усматривают аналогичное препятствие для лиц, от природы не способных к брачному сожитию или доведенных до такого состояния болезнью. В Своде Законов и Уставе Духовных Консисторий указанным лицам не запрещено вступать в брак, однако, по прошествии трех лет с момента заключения брака, разрешен развод ввиду врожденной неспособности одного из супругов.

Действительно, физическую неспособность к брачному сожитию можно обнаружить только по совершении брака. До этого подобное состояние является личной тайной вступающего в брак, а часто неизвестно и ему самому, но если о такой неспособности станет известно до вступления в брак, то это рассматривается как препятствие к браку, ибо по самому смыслу брака для его заключения требуется физическая способность к брачному сожитию и со стороны жениха, и со стороны невесты. В подобном случае священник может отказаться от совершения заключения брака, не испрашивая на это благословения правящего архиерея. Физическую неспособность к брачному сожитию не следует смешивать с неспособностью к деторождению, которая не является препятствием к браку и не может служить причиной для развода.

В действующих церковных правилах нет запрета венчать глухонемых или слепых.

Церковные законы не запрещают венчать лиц, если они больны и сами желают вступить в брак. Но венчание таковых должно быть совершено в храме. Если бы один из незаконно сожительствующих лиц, находясь в состоянии тяжелой болезни и чувствуя приближение смерти, пожелал бы вступить в законный брак и тем прикрыть свой грех, то такой брак не может быть совершен в церкви без разрешения епархиального архиерея 392 .

Для вступления в брак существуют определенные возрастные границы. Возраст, раньше которого не разрешается вступать в брак – брачное совершеннолетие – не всегда совпадает с гражданским совершеннолетием. В «Эклоге» Льва Исаврянина и Константина Копронима для вступающих в брак определен возраст: 15 лет для мужчин и 13 для женщин, а в «Прохироне» Василия Македонянина этот возраст снижен на год – соответственно 14 и 12 лет. Оба эти источника вошли в нашу «Кормчую книгу». Стоглавый Собор установил норму: брачный возраст для мужчины – 15 лет и для женщин – 12 лет. Однако такая возрастная граница оказалась неприемлемой для России.

Указом Святейшего Синода от 19 июля 1830 г. запрещено было венчать, если жениху нет 18 лет, а невесте 16. Действие этого указа не распространялось на территорию Кавказа. С тех пор в России установилось два совершеннолетия для брака: гражданское – 18 и 16 лет и церковное – 15 и 13 лет. Брак, заключенный до достижения церковного совершеннолетия, считался недействительным и подлежал расторжению. Недостижение же гражданского брачного совершеннолетия считалось препятствием только запретительным, а не расторгающим. Супругов, заключивших брак до указанного срока (жениха от 15 до 18 лет и невесту от 13 до 16 лет), разлучали до наступления гражданского совершеннолетия, если последствием брачного сожительства не были беременность жены или рождение ребенка.

Если не достигшие брачного совершеннолетия были обвенчаны, а потом разлучены, то по достижении ими гражданского совершеннолетия и при желании продолжить супружество им дозволялось это. Причем союз их подтверждается в церкви по чиноположению, т.е. они снова венчаются с повторением вопросов и ответов, установленных при венчании, относительно свободы волеизъявления к вступлению в брак и с повторением молитв, напечатанных в «Требнике», в конце венчания. Им предоставляется возможность очистить совесть пред духовником за преждевременное вступление в брак.

В церковном брачном праве установлен и высший предел для вступления в брак. Святитель Василий Великий указывает такой предел для вдов – 60 лет, для мужчин – 70 лет (правила 24 и 88). В 1744 г. Святейший Синод признал недействительным брак, заключенный восмидесятилетним старцем, обосновав свое решение таким соображением: «Брак установлен Богом ради умножения рода человеческого, чего от имеющего за 80 лет надеяться весьма отчаянно; в каковые лета не плотоугодия устраивать, но о спасении души своей попечительствовать долженствовало, ибо, по Псалмопевцу, «человек в силах» может быть только до 80 лет, а «множае труд и болезнь» клонят к смерти человека, а не до умножения рода человеческого».

Таким образом, Святейший Синод на основании указания, данного Патриархом Адрианом († 1700 г.), запретил лицам в возрасте старше 80 лет вступать в брак. Лицам в возрасте от 60 до 80 лет для вступления в брак необходимо испрашивать разрешение архиерея.

Препятствием к браку является и отсутствие согласия на него со стороны родителей жениха или невесты. В 38-м правиле святителя Василия Великого сказано: «Отроковицы, без соизволения отца посягшия, блудодействуют. Но примирением с родителями дело сие мнится имети врачевание. Впрочем оне не тотчас допускаются к приобщению, но запрещаются на три лета». На основании этого правила Константинопольский Синод в 1038 г. признал недействительным брак дочери, заключившей его без согласия отца. В России эта норма применялась с различными ограничениями. Русские законы ограждали детей от произвола родителей в вопросах о браке. По Уставу Ярослава Мудрого, родители, виновные в принуждении детей к браку или в насильственном удержании от брака, подвергались суду.

В основе родительского благословения лежит уважение ими свободного согласия на вступление в брак со стороны жениха и невесты. Гражданские законы запрещают родителям и опекунам принуждать детей, вверенных их попечению, к вступлению в брак против их желания. Поэтому в «Книге о должностях пресвитеров приходских» (§ 123) говорится о том, что священник, видя слезы или нечто иное, указывающее на недобровольное вступление в брак, должен остановить браковенчание и выяснить ситуацию. В Своде законов есть положение, согласно которому брак, заключенный с применением насилия над одним из брачующихся, следует считать незаконным и подлежащим расторжению.

Однако дети православных родителей не могут вступать в брак своевольно, без согласия родителей. Таким образом предусматривается серьезное и рассудительное отношение к браку, ибо родители, имея большой жизненный опыт и полученный от Бога дар ответственности за детей, стоят на страже их благополучия. Браки не должны совершаться по одному только произволу брачующихся, по легкомыслию молодости и неразумному увлечению, в силу которых зачастую в их семейную да и общественную жизнь входят человеческие и моральные беспорядки.

Митрополит Московский Филарет говорит об этом так: «По делам известны… случаи, в которых иногда родительская власть неблагоприятна для брака, а иногда ослабление этой власти вредно… Если закон, запрещающий брак без согласия родителей, соблюдать во всей силе без ограничения, то постраждут и могут подвергнуться сильному искушению некоторые невинные дети. Если допустить, что всякий достигший гражданского совершеннолетия властен вступить в брак без согласия родителей, то для легкомысленных детей отворится дверь к беспутным бракам. Несправедливо, будто правила церковные позволяют детям самостоятельным и достигшим совершеннолетия брак без согласия родителей. Это позволяют не церковные правила, а законы Греческой империи, которые необязательны для Российской Церкви, хотя и внесены во вторую часть «Кормчей книги». Поэтому общий закон, запрещающий брак без согласия родителей, пусть остается неприкосновенным. Но… если совершеннолетние дети просят епископа о разрешении им вступить в брак, на который родители не соглашаются по причинам незаконным, то… по дознании… епархиальный архиерей чрез способное духовное лицо увещевает родителей, чтобы они прекратили свое сопротивление браку детей, а в случае безуспешности сего увещания разрешает брак без требования согласия родителей» 393 .

Условные препятствия к браку

Помимо абсолютных препятствий к браку, существуют так называемые условные препятствия, запрещающие брак между определенными лицами в силу родственных или духовных их связей.

Отсутствие близкого кровного родства между женихом и невестой – необходимое условие при вступлении в брак. Это относится не только к лицам, рожденным в законном браке, но и к внебрачным детям. Близость кровного родства измеряется степенями, а степени устанавливаются по числу рождений: между отцом и сыном, между матерью и сыном – одна степень кровного родства, между дедом и внуком – две степени, между дядей и племянником – три. Ряд степеней, следующих одна за другой, составляют родственную линию. Родственные линии бывают прямыми и боковыми. Прямая линия считается восходящей, когда идет от данного лица к его предкам, и нисходящей, когда идет от предков к потомкам. Две прямые линии, происходящие от одного родоначальника, связаны боковыми линиями (например, племянник и дядя; двоюродные и троюродные братья).

Для определения степени кровного родства следует установить число рождений, связывающих двух лиц: троюродных братьев и сестер связывает родство в 6 степени, троюродного дядю с племянницей – родство в 7 степени.

Наличие близкого кровного родства рассматривается как препятствие к браку у всех цивилизованных народов. Так, закон Моисея запрещает браки до 3 степени кровного бокового родства ( Лев. 18:7–17, 20, 17 ). У римлян браки между лицами, связанными кровным родством по восходящей и нисходящей линиям, запрещались безусловно. Запрещались и браки между родственниками по боковым линиям, которые удалены от общего родоначальника на разное число степеней родства (например, дядя и племянница, двоюродная тетя и двоюродный племянник). В отдельные времена этот запрет распространялся на двоюродных брата и сестру.

В Христианской Церкви браки между лицами, связанными кровным родством по прямой линии, строго запрещались. 19 Апостольское правило гласит: «Имевший в супружестве двух сестер или племянницу не может быть в клире». Значит, брак между лицами, находящимися в 3 степени бокового родства, рассматривался в Древней Церкви как недозволительный. Отцы Трулльского Собора постановили расторгать браки между двоюродным братом и сестрой (прав. 54). В «Эклоге» императоров Льва Исаврянина и Константина Копронима содержится также запрещение браков между троюродным братом и сестрой, т.е. находящимися в 6 степени бокового родства. Константинопольский Собор 1168 г., состоявшийся при Патриархе Луке Хрисоверге, повелел безусловно расторгать браки между лицами, состоявшими в 7 степени бокового кровного родства.

В России эти позднейшие греческие нормы хотя и признавались законными, но не соблюдались буквально. 19 января 1810 г. Святейший Синод издает указ, согласно которому безусловно запрещались и подлежали расторжению браки, заключенные между лицами, состоящими в 4 степени бокового кровного родства. Браки между родственниками в 5 и 7 степенях не только не расторгались, но даже могли быть заключены по разрешению епархиального архиерея.

Помимо отношений кровного родства, препятствием к браку служат отношения свойства. Они возникают из сближения двух родов через брак их членов. Свойство приравнивается к кровному родству, ибо муж и жена – одна плоть. Свойственниками являются: тесть и зять, свекровь и невестка, отчим и падчерица, шурин и зять. Для определения степени свойства складываются обе родственные линии, а между мужем и женой, связывающими их, степени не существует. Таким образом, теща и зять состоят в 1 степени свойства, невестка и деверь – во 2, племянник мужа и племянница жены – в шестой степени свойства; двоюродный брат жены и тетка мужа – в 7 степени. Такое свойство называется двухродным. Но церковное право знает и трехродное свойство, т.е. когда через два брака соединяются три рода. Например, между конкретным лицом мужского пола и женою его шурина вторая степень трехродного свойства; между этим лицом и второй женой его тестя (не матерью его жены) – 1 степень трехродного свойства.

Трулльский Собор запретил браки не только между лицами, состоящими в 4 степени родства, но и в 4 степени бокового свойства: «Аще кто совокупляется в общение брака со своею двоюродною сестрою, или аще отец и сын с материю и дщерью, или с двема девами сестрами отец и сын, или с двумя братиями матерь и дщерь, или два брата с двумя сестрами: да подвергаются правилу седмилетней епитимии, явно по разлучении их от беззаконнаго супружества» (прав. 54).

В Х веке при Константинопольском Патриархе Сисинии синодальным актом были запрещены браки между лицами, состоящими в 6 степени свойства. Указанный акт вошел в 51 главу нашей «Кормчей». Профессор И.С. Бердников отмечал по этому поводу: «Седьмая степень не считалась препятствием к браку. Впрочем, на запрещение или дозволение брака в отдельных степенях свойства (6 и 7) имела влияние не одна сравнительная величина степени, но и то соображение, чтобы в случае дозволения брака не последовало смешения родственных имен и отношений, то есть чтобы старшие родственники не оказались вследствие брака на месте младших, не поступили в родственное подчинение последним… Так, например, если бы дядя и племянник захотели вступить в брак, первый – с теткой, а последний – с ее племянницей, то, несмотря на то, что каждый из них в 6-й степени свойства, брак им дозволяется, потому что и после брака дядя остался бы дядей, племянник племянником… Если бы в этом случае дядя женился не на тетке, а на племяннице, то после этого племяннику нельзя было бы жениться на тетке жены. Хотя степень родства оставалась бы та же самая, но чрез этот брак… дядя по родству кровному сделался бы племянником своего племянника по свойству» 394 .

Указом Святейшего Синода от 19 января 1810 г. безусловный запрет браков между двухродными свойственниками распространился лишь до 4-й степени (в соответствии с 54 правилом Трулльского Собора).

Что касается трехродного свойства, то вплоть до XIV века запрещались браки лишь в первой степени, и то лишь в двух случаях: между отчимом и женой пасынка; между мачехой и мужем падчерицы. Но в «Синтагме» Властаря запрещались уже браки между лицами, состоящими и в 3 степени трехродного свойства. В России указами Святейшего Синода от 21 апреля 1841 г. и от 28 марта 1859 г. строго запрещены браки между лицами, состоящими в 1 степени трехродного свойства, а относительно последующих степеней (вплоть до четвертой) предусмотрено, что епархиальные архиереи могут разрешать такие браки «по уважительным причинам».

Кроме свойства в собственном смысле церковное право знает еще так называемое фиктивное свойство. Оно возникает между родственниками обрученных лиц. Поскольку Церковь приравнивает обручение к браку, то и фиктивное свойство служило препятствием к браку между лицами, состоящими в тех же степенях, что и при действительном свойстве. Кроме того, родственники разведенных супругов тоже состояли в отношениях фиктивного свойства. Византийское право ограничивало препятствия к браку, вытекающие из фиктивного свойства, 1 степенью: запрещались браки между одним из разведенных супругов и детьми другого супруга от нового брака.

пятствием к браку является также и наличие духовного родства. Духовное родство возникает вследствие восприятия новокрещенного от купели Крещения. После того, как установилась практика иметь восприемника и восприемницу при Крещении, император Юстиниан запретил брак между восприемником и воспринятой, мотивировав это тем, что «ничто не может в такой мере возбуждать отеческой любви и установить столь правомерного препятствия к браку, как это». Отцы Трулльского Собора в 53-м правиле запретили браки между восприемниками и родителями воспринятых. В «Базилике» запрещение браков между лицами, состоящими в духовном родстве, распространено и на 3 степень; воспринявший кого-либо от Святого Крещения не должен жениться на этой особе, потому что она ему дочь, ни на ее матери или дочери. Не может также жениться на перечисленных лицах и сын восприемника. Определением Константинопольского Синода, имевшим место при патриархе Николае III Грамматике (1084–1111 гг.), наличие духовного родства до 7 степени включительно, подобно кровному родству, признано препятствием к браку. Но степени эти определены только по нисходящей линии от восприемника и воспринятого, а по восходящей линии лишь в первой степени – мать воспринятого и восприемника. Однако в указе Святейшего Синода Русской Православной Церкви от 19 января 1810 г. отрицаются отношения духовного родства между детьми восприемника и воспринятым и между восприемником и воспринятым. Синод находит препятствие к браку лишь в отношениях между восприемницей и восприемником, а также родителями последнего. Между тем, по законам Греческой Церкви, не только «духовные брат и сестра», т.е. лица, воспринятые одним и тем же восприемником, но их потомки до 7 степени духовного родства не могут вступать в брак.

Препятствие к браку возникает из отношений так называемого гражданского родства – усыновления. В Риме и Византии, входя в семью через усыновление, усыновленный не мог вступать в брак с ближними родственниками усыновителей. Но этот запрет был действителен только до гражданской эмансипации усыновленного или удочеренной.

В IX веке, при императоре Льве Философе, введена была церковная форма усыновления. Лев Философ постановил, чтобы усыновленные через церковный обряд не вступали в брак с кровными детьми усыновителя и после прекращения усыновления в связи со смертью последнего. Впоследствии в Византии установилась практика запрещать браки в родстве по усыновлению до 7 степени.

В России усыновление производилось в гражданском, а не церковном порядке, и поэтому формально не считалось препятствием к браку. Но, как отмечал профессор А.С. Павлов, «отсюда поспешно было бы заключать о совершенном несуществовании такого препятствия. Уже простое нравственное чувство запрещает усыновителю вступать в брак с усыновленной дочерью или усыновленному сыну с матерью и дочерью усыновителя. В этом объеме родство по усыновлению признается безусловным препятствием к браку в законодательстве всех христианских народов» 395 .

Взаимное согласие вступающих в брак является непременным условием законности и действительности брака. В чинопоследование Таинства Брака внесены вопросы о том, вступают ли жених и невеста в брак свободно и непринужденно. Поэтому браки, заключенные по принуждению, признаются недействительными. Причем препятствием к браку считается не только физическое, но и нравственное принуждение, например, угрозы, шантаж.

Важное условие для признания действительности брака – единство религии. Оно было необходимо и в соответствии с римским брачным правом. Слова апостола Павла: «Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными. Ибо какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света со тьмою? ( 2Кор. 6:14 ), древние христианские писатели и Отцы Церкви (Тертуллиан, св. Киприан, блаж, Феодорит, блаж. Августин) находили имеющими отношение и к браку между верными и неверными. Тертуллиан называл брачную связь с язычниками блудом и считал справедливым отлучать христиан, вступивших в брак с язычниками, от церковного общения. Древняя Церковь запрещала и браки православных с еретиками: «Не должно церковным, без разбора, совокупляти детей своих брачным союзом с еретиками» (10 прав. Лаод. Соб). Эта норма повторена и в 72 каноне Трулльского Собора: «Недостоит мужу православному с женою еретическою браком совокуплятися, ни православной жене с мужем еретиком сочетаватися. Аще же усмотрено будет нечто таковое, соделанное кем-либо: брак почитати не твердым, и незаконное сожитие расторгати. Ибо не подобает смешивати несмешаемое, ниже совокупляти с овцею волка, и с частию Христовою жребий грешников. Аще же кто постановленное нами преступит, да будет отлучен». Однако в том же правиле Отцы Собора, ссылаясь на слова апостола Павла ( 1Кор. 7:14 ) не требуют расторжения брака, заключенного вне Церкви, когда один из супругов обращается в правую веру: «Но аще некоторые, будучи еще в неверии, и не быв причтены к стаду православных, сочеталися между собою законным браком, потом един из них, избрав благое, прибегнул ко свету истины, а другий остался во узах заблуждения, не желая воззрети на Божественные лучи, и аще притом неверной жене угодно сожительствовати с мужем верным, или напротив мужу неверному с женой верною, то да не разлучаются, по Божественному Апостолу: «святится бо муж неверен о жене, и святится жена неверна о муже».

В России в досинодальную эпоху строго запрещались браки православных не только с нехристианами, но и с инославными. Но с 1721 г. у нас стали дозволяться браки православных с католиками, протестантами и армянами. Согласно уставу Духовной Консистории (ст. 27), в таком случае вступающие в брак берут на себя обязательство давать детям православное воспитание.

И в остальных случаях жизни христиане руководствовались словами апостола Павла: «Если какой брат имеет жену неверующую, и она согласна жить с ним, то он не должен оставлять ее; и жена, которая имеет мужа неверующего, и он согласен жить с нею, не должна оставлять его; ибо неверующий муж освящается женою (верующею), и жена неверующая освящается мужем (верующим» )» ( 1Кор. 7:12–14 ).

Итак, одни из рассмотренных нами препятствий к браку носят абсолютный характер, а другие – условный. Как писал епископ Далматинский Никодим (Милаш), «при условной незаконности брака он может быть впоследствии признан законным, если при его заключении были такие препятствия, которые можно устранить без нарушения основы брака. Это бывает:

когда брак заключен раньше установленного законом возраста, а между тем супруги уже достигли этого возраста;

когда во время заключения брака один из супругов был неспособен к исполнению супружеских обязанностей, а затем излечился от недуга;

когда при заключении брака один из супругов в умственном отношении был болен, а затем выздоровел и в полном сознании изъявил согласие на брак;

когда при заключении брака было употреблено над известным лицом насилие, угроза или обман, но после этого лицо заявило о своем добровольном согласии на брак;

когда старшие не дали своего согласия на брак, а потом согласились;

когда венчание было совершено без оглашения, но впоследствии получено дозволение;

когда брак был заключен между крещеным и некрещеным лицом, которое потом приняло крещение» 396 .

Право на признание законности таких браков принадлежит той церковной власти, к компетенции которой относится решение брачных дел.

В наше время церковный брак лишен гражданской юридической силы. По сложившейся практике священник совершает Таинство Брака только после того, как будет оформлен гражданский брак в органах записи актов гражданского состояния (загса). Православная Церковь признает гражданский брак исходным моментом создания семьи.

Многие из канонических препятствий к заключению брака являются препятствиями для брака и с точки зрения гражданских законов: отсутствие взаимного согласия, слабоумие, несовершеннолетие, наличие близкого кровного родства. Что же касается тех канонических препятствий, которые в гражданском законодательстве не признаются таковыми, то при выявлении их священник может полагаться лишь на признание самих вступающих в брак или заинтересованных лиц. На проведение же дознания, предусмотренного церковным законодательством синодальной эпохи, священник не уполномочен, да и не имеет такой возможности.

Брачное право нуждается в серьезном его изучении применительно к обстоятельствам секуляризованной эпохи, в которой, возможно, более надежным ориентиром могут служить нормы доконстантиновской эпохи (Древней Церкви), чем нормы византийской эпохи, когда в религиозном отношении общество отличалось своей однородностью.

См: Бердников И.С. Краткий курс церковного права. Казань, 1888. С. 98–101.

Цит. по: Журнал Московской Патриархии. 1989. № 3. С. 76.

См: Булгаков С.В. Настольная книга для священно-церковнослужителей. Изд. 2-е. Харьков, 1900. С. 1118.

См: Свод Законов Российской Империи. Т. X. Ч. 1. С. 365.

См: Руководство для сельских пастырей, М., 1887. Л. 5.

Собрание мнений и отзывов Филарета, митрополита Московского по учебным и церковно-государственным вопросам. М., 1887. С. 477–479.

Бердников И.С. Указ. соч. С. 81–82.

Павлов А.С. Указ. соч. С. 358.

Никодим, епископ Далматинский. Указ. соч. С. 628.

Источник: Приводится по изданию: Цыпин В.А., прот. Церковное право: Курс лекций. М.: Круглый стол по религиозному образованию в Рус. Правосл. церкви, 1994.
Отсканированная копия книги 2004 года.

Поделиться ссылкой на выделенное

Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»